Заброшенный советский поселок в Норвегии сохранился словно в капсуле времени с середины 90-х

На норвежском архипелаге Шпицберген находится одно из самых необычных мест в Арктике - законсервированный советский поселок Пирамида. Основанный шведами в 1910 году, он перешел под управление СССР в 1927 году и десятилетиями служил витриной социализма на Западе. Сегодня это уникальный музей под открытым небом, где время остановилось в 1998 году, когда добычу угля признали нерентабельной.

Вопреки распространенному мнению, Пирамида не является полностью заброшенной территорией. Поселок находится на консервации под присмотром государственного треста "Арктикуголь". Здесь круглый год проживает небольшая группа специалистов, которые поддерживают инфраструктуру, следят за сохранностью зданий и обслуживают немногочисленных туристов. Летом население увеличивается за счет гидов и персонала гостиницы.

Архитектурный ансамбль поселка сохранился практически в первозданном виде, включая Дом культуры, бассейн и столовую. На главной площади до сих пор стоит самый северный в мире памятник Ленину, ориентированный на ледник Норденшельда. В местном концертном зале находится легендарный рояль марки "Красный Октябрь", который официально признан самым северным музыкальным инструментом такого типа на планете.

Правовой статус поселка регулируется Шпицбергенским трактатом 1920 года, который закрепил суверенитет Норвегии над архипелагом, но предоставил всем странам-участницам равные права на хозяйственную деятельность. Благодаря этому документу Россия сохраняет присутствие в регионе, развивая научные проекты и экологический туризм. Холодный климат и отсутствие влаги замедляют процессы разрушения, превращая советские постройки в долговечные памятники индустриальной эпохи.

Ближайшим населенным пунктом является Баренцбург - действующая российская столица Шпицбергена, где по-прежнему ведется добыча угля. Добраться оттуда до Пирамиды можно на катере в период навигации или на снегоходах в зимние месяцы. Поселок привлекает исследователей тем, что в условиях вечной мерзлоты экосистема восстанавливается крайне медленно, а следы человеческой деятельности остаются видимыми веками.