Эксклюзив: "Мой сын умирал в луже крови, а врачи ругались, что все испачкали"(ФОТО, ВИДЕО)

Михаил Сергеев погиб в больнице после падения с высоты

9 октября 2014 года Елена Сергеева запомнит навсегда. В этот день ее сын Михаил упал на работе, его отвезли в 38 больницу, а через неделю после серии операций он скончался. Почему в смерти Михаила Сергеева больше вопросов, чем ответов, зачем сама Елена ходит с диктофоном по всем инстанциям и как врачи одной из больниц практически "убили" ее умирающего сына у нее на глазах, Елена Сергеева рассказала нашему журналисту.

С Еленой встречаемся у нее дома. Улица Космическая, край географии. Валит густой снег, все вокруг темно, маленькие однотипные домишки. Такое чувство, что природа словно чувствует, что беседа будет не из приятных и создает подобный антураж. В квартире Елены Сергеевой почти везде напоминания о смерти сына - фотографии, документы, справка о смерти. Сама женщина почти не поднимает заплаканных глаз: вспоминать все очень больно. Но для нее это важно. Важно узнать всю правду.

"9 октября мне позвонил напарник моего сына Миши. Они вместе работали над проводкой пожарной сигнализации на площади Советской, на стройке. Работали на высоте, как иногда говорил мне сам Миша. Причем давно уже - с лета этого года точно. Так вот, напарник говорит , Миша просто упал, пошла пена изо рта, возможно эпилепсия. Мы пытались разжать рот отверткой и даже сломать челюсть. Я приехала с дочерью, Миша весь в крови, лежит без сознания, ничего не говорит. Врачей рядом нет. .. Я думаю: "Ну какая эпилепсия? У Миши никогда ее не было, он ничего не употреблял, и сердце хорошо работало".

"Мой сын истекал кровью, а санитарки ругались, что все испачкали, мол, привезут тут всяких под спайсами. Я была просто в шоке. Да я бы всю больницу вымыла, если бы моего Мишу спасли. У Миши пошла кровь ртом и носом. Он стал захлебываться. Побежали за врачом и влетела врач-невролог Михалкова . "У вашего сына эпилепсия". Подошла и зачем-то резко повернула ему голову, как в боевиках показывают, словно сломать пыталась. И куда-то снова убежала. Я стояла у двери и потом слышала разговор - ее и какого-то врача (мужчины-терапевта), видимо, дежурного в тот день. Он ругал ее на повышенных тонах. "Ты что делаешь? Какая у него эпилепсия? Зачем ты его приняла вообще? У него черепно-мозговая травма. Его надо срочно на "Скорой" в больницу №39".

"Потом все-таки они вызвали "Скорую" и повезли нас в 39 больницу. Где врач Грибков (спасибо ему огромное, и тому врачу, который был в 38 больнице, не знаю его фамилию) сразу сказал: "Черепно-мозговая травма, срочно готовьте к операции". Мы начали брить ему голову, а сзади, на затылке, увидели огромную гематому, как будто еще одна  голова, только черного цвета. Врач сказал нам, что это никакая ни эпилепсия, а последствия тяжелейшей черепно - мозговой травмы, которая получена при падении с большой высоты. Очень долго шла операция, и врач сразу сказал, что шансов не много. Мой сын еще пытался бороться около недели, но потом скончался".

"Конечно, я не могла оставить это просто так. Во-первых, действия врача Михалковой, которая просто свернула шею моему сыну, а при черепно-мозговой травме голову даже трогать нельзя до операции. Во-вторых, вранье на стройке - эпилепсия, приступы какие-то. Сначала я пошла в больницу. Начала искать того врача - мужчину, который все знал и ругал Михалкову. Но его нигде не было! А мне в администрации больницы заявили, что в тот день дежурила женщина-врач и все видела: мол, Михалкова моего сына не трогала и прочее вранье. Естественно, я написала жалобу в Министерство здравоохранения и в больнице тоже оставила письмо. Моему сыну не могли поставить правильный диагноз, держали столько времени в 38 больнице! А могли бы спасти, если бы сразу повезли на операцию".

"Но еще больше виноваты люди на стройке. Миша, как оказывается, упал около 13.00. В больницу позвонили только два часа спустя - около 15.00 он был в 38 больнице. Что они два часа с ним делали, непонятно. На стройке говорят, что у Мишы просто было несколько приступов, он разговаривал, ходил, работал. И, якобы, когда был самый сильный, они вызвали "Скорую" и пытались помочь ему сами. Как мне видится, Миша просто упал с большой высоты. И, понятное дело, руководство этой стройки решило все скрыть, потому что это - срок, и срок немалый. А когда я пришла туда, мне заявили, что Миша у них работает всего четыре дня, отдали 10 000 рублей. Я спрашиваю: "Он работал на высоте?" А в ответ врут: "Нет, был подсобным рабочим".

"Я пошла в Следственный Комитет, но мне там сразу сказали: "То, что случилось на стройке, мы не узнаем никогда". А я хочу узнать! Кто-то же виноват в смерти моего сына". Елена ходит везде с диктофоном, чтобы иметь доказательства на руках, уже наняла себе юриста и решила обратиться на несколько федеральных каналов. "Нельзя это оставить просто так. Дело не только в смерти моего сына. Ведь на этой стройке еще может кто-то погибнуть, а руководители снова все замнут. Ну и врачи 38 больницы, а в частности, Михалкова. Они должны спасать людей, а не убивать".

Напомним, мы писали про то, что нижегородка погибла из-за ошибки врачей.