Санитарка нижегородской психбольницы: "Я работаю в аду за семь тысяч рублей!"
Всего три месяца осталось у россиян на то, чтобы решить судьбу своих пенсионных накоплений. Жители нашей необъятной страны в ужасе хватаются за голову и думают, как же позаботиться о том, пока чиновники довольно потирают руки, ведь нововведение принесет в казну 350 миллиардов рублей в ближайшие два года, люди из мира «смертных» работают с утра и до вечера. Рискуя жизнью, здоровьем, порой забывая об отдыхе и самых элементарных радостях жизни, жители России работают, чтобы выжить сейчас и создать хоть какую-то перспективу своего будущего. Нижегородка Светлана Томина ( фамилия изменена) работает санитаром в одной из нижегородских психбольниц за 7 тысяч рублей. За такую ничтожную по сегодняшним меркам сумму, женщине приходиться жить в постоянном страхе, общаясь с больными. Более того, Светлана вынуждена терпеть избиения пациента, болеющего ВИЧ-инфекцией. Рассказ Светланы об обычном рабочем дне в стенах «желтого дома» очень напоминает крик души человека, который стал жертвой обстоятельств, не зависящих от самой нижегородки.
Страшно. «Как только я устроилась на работу в психбольницу, мне сразу объяснили правила. Самые основные: нельзя поворачиваться спиной к больному, нельзя разговаривать с пациентами на темы, которые не касаются распорядка, нельзя допускать, чтобы больные собирались по несколько человек и нельзя допускать драк. В нашей больнице лежат три человека, которые больны ВИЧ-инфекцией. Один из них помимо этого болен гепатитом В и С. Он относится к категории «буйных» пациентов. По всем критериям он должен лежать в отдельной палате, но лежит вместе со всеми, причем его соседи не знают о том, что он болен такими заболеваниями. Относительно недавно он человеку голову разбил, а год назад избил соседа по палате так, что тот чудом выжил. Его самое излюбленное выражение: «Сейчас в глаз пальцем ткну или в лицо плюну»! Безумно страшно приходить к нему...С самого начала мне объяснили, что ему необходимые инъекции нужно делать, надев несколько пар перчаток. Медсестры лишний раз к нему не подходят, замечаний не делают, он и их может ударить. Такой случай был недавно, одна из медсестер немного выпившая пришла и что-то ему сказала. Он разбил ей лицо. Так обидно, за какие-то семь тысяч рублей мне приходиться с непреодолимым страхом заходить в палаты, делать уколы, усмирять даже таких больных, как этот», - сдерживая слезы, говорит нижегородка.
Не слушает, заставь. «Мне безумно жаль всех этих людей, которые являются «клиентами», как их здесь называют. Многие из них оказались здесь после того, как оказались не нужны своим родным. Вы просто не представляете, как у них глаза, когда им нужно пить таблетки! Столько боли и горя, многие прекрасно понимают, что так и будет всю жизнь! А если, кто-то отказывается пить таблетки, зовут санитаров. Крепким ребятам ничего не стоит удержать больную женщину и затолкать, именно затолкать ей в рот эти таблетки. А потом еще воду плеснуть, чтобы точно все проглотила. Если бунтует мужчина, то с ним делают тоже самое, только санитаров больше. Избиение и унижение-это неразлучные спутники в нашем заведении. «Не слушают-заставь» - по этому принципу и идет наша работа», - горько усмехнулась Светлана.
Боль. «Больно смотреть на этих людей. На то, как они гуляют по больнице, не видят того, что происходит в мире, да элементарно солнце пациенты видят только через окно! Никогда не забуду, как в мою ночную смену я проснулась о шагов. Я встала, не стала сразу звать санитаров, хотя по правилам надо было разбудить их. Я вышла в коридор, а по нему в спортивных штанах и майке ходил мужчина, один из самых спокойных наших пациентов. Я спросила все ли нормально? На что он грустно улыбнулся, посмотрел мне в глаза и ответил: «Все хорошо. Прогуляться вышел, сейчас до конца коридора дойду и обратно. Устану и крепче спать буду». Я после этих слов заснуть не могла...Стены больницы-это та же тюрьма, даже хуже. В тюрьме сознание человека не пытаются подавить, не делают из него овощ: он может думать, говорить, размышлять. А наши «заключенные» не всегда свое имя могут назвать», - вздыхает Светлана.
Новая работа. «Конечно, я задумываюсь над тем, чтобы сменить работу. Мне уже не 20 лет, особо кому-то я не нужна. Здесь меня привлекла стабильность, сменный график...Я понимаю, что не смогу долго терпеть это, такими темпами сама «клиентом» стану. Пытаюсь найти что-то другое, но пока, к моему сожалению, ничего для себя не вижу», - призналась Томина.
Светлана Томина работает в больнице, о которой мы писали летом. В этом приюте для душевнобольных, по сообщению одной из сотрудниц и больного, незаконно забирают пенсии у пациентов.
Как вести себя с человеком, который болен шизофренией? Он может смеяться без причины или неожиданно замолкать, так, словно слушает кого-то, кого, на самом деле, рядом нет. Также, во время приступа, у человека рассредоточивается внимание, он не может сконцентрироваться на задаче и понять, как её правильно выполнить, даже, если в нормальном состоянии, это задание является для него очень лёгким. Человек может очень громко включать музыку, словно пытаясь заглушить что-то, что его раздражает. В этом случае, вы должны вести себя очень спокойно и ни в коем случае над ним не смеяться. Помните о том, что во время приступа, шизофренику кажется, что, всё, что с ним происходит, является реальным. Поэтому, лучше спросите, что он сейчас видит и слышит, чем это его раздражает. Постарайтесь узнать, как вы ему можете помочь, скажите о том, что вы рядом и ему ничего не угрожает. Но, никогда не нужно подробно расспрашивать человека о том, что он видит. Таким образом, вы ещё больше убеждаете его в реальности происходящего. Старайтесь не бояться поведения близкого человека. Никогда не убеждайте его в том, что это ему кажется и он просто сумасшедший. В таком состоянии вы нанесёте больному очень сильную травму и, вместо того чтобы ему помочь, усугубите состояние ещё больше.